Тверская деревня. Кременецкая Т.Н.

Сказки русской печки

gdkorshunova — Tue, 31 Mar 2026 18:44:30 GMT

Объявление

В категории раздела "Сказки русской печки" опубликована новая сказка Т.Н. Кременецкой "Сказка о разумной обезьяне". Приглашаем к прочтению и обсуждению.

Объявление

gdkorshunova — Sat, 28 Feb 2026 18:30:35 GMT

Объявление

В категории раздела Статьи публикуем материал историка-краеведа Татьяны Рязановой.

Он дает дополнительные сведения о тверском помещике генерал-адъютанте Николае Васильевиче Зиновьеве (см.книгу "Венок судеб дворянских").

Сказки русской печки

gdkorshunova — Sat, 24 Jan 2026 12:12:00 GMT

Объявление

В категории раздела "Сказки русской печки" опубликована новая сказка Т.Н. Кременецкой "Горе от ума".

Объявление

gdkorshunova — Wed, 24 Dec 2025 14:36:29 GMT

Объявление

В категории раздела "Сказки русской печки" опубликована сказка "Чему обучали, то и получали!"

Приглашаем к прочтению.

Сказки русской печки

gdkorshunova — Thu, 30 Oct 2025 14:57:31 GMT

Объявление

В категории раздела "Сказки русской печки"

опубликована новая сказка "Без царя в голове".

Приглашаем к прочтению.

Сказки русской печки

gdkorshunova — Sun, 12 Oct 2025 15:24:41 GMT

Объявление

В категории раздела "Сказки русской печки"

опубликована сказка "Сверчок надоумил". Приглашаем к прочтению.

Сказки русской печки

gdkorshunova — Sun, 10 Aug 2025 17:09:26 GMT

Назад в Русь

Мефодию пришлось жить в деревне в 21 веке среди дачников (только в летнее время) и зимой среди вдовых старух лет 80-90. Зимой дома старух так засыпало снегом, что окна их изб едва были видны. Не все старухи могли откопаться от наметаемых сугробов, не было у них на это сил. Таких и стал откапывать из-под снега бывший разбойник Федя. И не жалел об этом никогда. Напротив, радовался, так как откапывал в лице старух сказочную страну Русь с её дивной верой, укладом жизни и бытом. Старухи называли своего благодетеля кратко – Федя. Завидев его с лопатой, сразу ставили угольный самовар, доставали припасённые для гостя угощенья, которые сами обычно не ели. То были колбаса, сыр, сливочное масло, белый хлеб, конфеты. Ко всему этому прилагались рассказы о старине, лет эдак 100 тому назад, но даже и более того, вглубь веков. Ведь каждая старуха несла в себе по жизни веру своих предков, их обычаи, взгляды, оценки, привычки. У самовара Мефодий слушал про Русь, да не простую, а Русь святую. Поняв, что эта Русь прекрасна, стал водить к древним бабкам своих детей слушать их рассказы. Позднее дети уже без отца сами стали откапывать из-под снега старух. Они называли это «ходить на Русь». Находились до того, что стали победителями конкурсов по истории своего края.

Мефодий так влюбился в Русь, что решил завести в хозяйстве лошадь, расписные сани, а летом и телегу. И всё это делал вместе с детьми. «ходить на Русь» стала и жена Мефодия. Старухи научили её вязать из лент старого тряпья напольные ковры, дорожки, круги. Из ниток научили крючком вязать кружева подзоров и занавесок.

Мефодий освоил резьбу по дереву: стал вырезать наличники на окнах с диковинами растений, животных, причудливого орнамента. Украсила семья всем этим свою избу. Потом стала продавать свои изделия дачникам. Жить семье стало легче, жить стало веселей. А главное, стало в душе светлей, радостней, не от денег, конечно, а от русской веры. Она была прекрасней всех вер на земле – вера в русского Бога-Христа. Оказалось, что старухи деревенские эту веру исповедовали своей жизнью. Она проявлялась в них во всём, начиная с головного платка, длинной юбки и кончая всем скромным видом и смиренными речами. И не только.

Вся жизнь старух проходила перед глазами Мефодия, начиная с Красного угла в избе, затем на скотный двор огород и далее к русской печке. Красный угол и русская печка были в избе главными организаторами в жизни русских людей в деревне. Когда Мефодий это понял, то сделал в своей избе резной иконостас, а печку вместе с детьми расписал полевыми цветами – ромашками и колокольчиками.

Понял бывший разбойник, что Русь из дачной деревни стремительно убегает в Небытие, старухи одна за другой уходят на кладбище. Завёл амбарную толстую книгу и стал записывать в неё всё, что слышал про Русь у самовара в деревенских избах. И не только. Переписал в помянник имена всех деревенских Евдокий, Прасковий, Антонин, Клавдий, что ушли спать на местное кладбище и стал о них молиться в своём Красном углу.

Стал задумываться Мефодий и о разбойниках, которые веками разоряли и грабили Русь. Наконец, понял и то, что Святую Русь надо хранить, беречь в своём сердце и как сокровище переселять в сердца своих детей. Неважно, что по плоти это не его дети. Они его уже по тому, что он принял их в своё сердце по обычаю Святой Руси: сирот призревать.

Сказки русской печки

gdkorshunova — Sun, 29 Jun 2025 19:22:03 GMT

Часовенное согласие

Бородач в смазанных сапогах, при лошади, тулупе и гармони русеть не унимался. Задумал он часовню срубить на своей усадьбе. Оно, хотя и было время плюрализма мнений в стране, да всё ж опасно на муниципальной земле часовню ставить: сегодня у начальства одно мнение, а завтра может другим стать… Мефодий был стреляным воробьём, как никак тюремную практику имел…, учитывал переменчивость ветров в головах: сегодня царь в голове есть, а завтра его нетути. Русская печка подсказала ему, где раньше часовня «Неупиваемая чаша» в ихней деревне стояла как раз на мефодьевой земле. Её прежние хозяева на дрова пропили.

Заготовил Мефодий лес для часовни, рубить брёвна «в лапу» старухи научили. Быстро выросла ладная часовенка и тоже в память о «Неупиваемой чаше». Это очень нравилось строителю, так как он имел печальный опыт от упиваемой чаши…

Снаружи деревенские нанесли в часовню старые иконы из закрытой в селе церкви, Мефодий вырезал для них иконостас. Стал вместе со старухами в часовне молиться и акафисты читать. У старух оказалось много старых пожелтевших от времени книг царского времени, когда у народа царь в голове был.

Дачники сначала фыркали. Всякого плюрализма наслушался Мефодий, порой духом слабел, но старухи его неуклонно поддерживали. Более того, стали ходить в часовню псалмы петь. А псалмы, что русские народные песни, когда их вся деревня слышит, не могут оставить равнодушным сердце русского человека, даже если он веру предков и растерял. Словно магнитом потянула к себе деревенская часовня дачников. Как запоют, бывало, старухи, так и бегут к ней ребятишки городские, а следом и мамки их. Мало того, что петь псалмы стали старухи с Мефодием, на церковные праздники крестные ходы стали устраивать. Сначала впятером в них ходили, а потом до двух-трёх десятков народу собирать стали.

После крестных ходов стали трапезу устраивать возле часовни. Мефодий стол, лавки срубил, навес сделал. К столу всякую снедь понесли: деревенские свою, дачники – свою. Крестных ход, застолье с самоваром, да не электрическим, а угляным, как и гармонь-трёхрядка объединяли людей. Образовалось, благодаря часовне, при ней часовенное согласие, где стали и местные, и городские дела деревенские обсуждать: дорогу от колдобин поправить, общественный колодец выкопать, болящим помощь какую оказать, пруд выкопать противопожарный, да мало ли ещё что. Так, благодаря часовне и гармони произошла «смычка города и деревни», то бишь городских и деревенских русских людей.

Вскоре и чудеса ручьём потекла. Решили дачники единогласно заборы свои железные, высокие, глухие на металл переплавить. И всё-то для того, чтобы крест деревянный на часовне на железный заменить, более долговечный. Рассудим: обветшает часовня, сгорит ли от молнии, а всё же крест останется. И вокруг него всё равно и псалмы петь можно будет и в годины бедствий вокруг него собираться и с ним крестным ходом ходить по округе. Так и сделали: металлические заборы, друг от друга возведённые, завалили и ажурный крест на часовню отлили. Зажили в деревне безбоязненно от лихих людей, от зверья бешеного, от глада, мора и пожара. Убедили их в этом бесстрашии поющие псалмы деревенские старухи и примкнувший к ним обрусевший бывший разбойник Мефодий.

Сказки русской печки

kremeneckaya — Wed, 21 May 2025 18:31:28 GMT

Чудные люди

Когда Мефодий купил в деревне вместо легковой машины лошадь, дачники удивились: чудит мужик! Ну, а уж когда он бороду отрастил, да в сапогах стал ходить, да баба его косу отрастила и сарафан стала носить, тут уж их стали считать чудными людьми. Возможно, даже не совсем здоровыми на голову… Действительно, чудно: зимой старух из-под снега откапывает, в санях зимой их в больницу возит, летом на телеге к лесу за грибами подбрасывает… Всё это как-то странно. Наверное, какую-нибудь корысть имеет. Ну, там дом на него подпишут, сбережения завещают… Подозрительна была и борода у мужика. Уж не сектант ли какой? Да, говорят, по слухам куда-то за Урал к староверам ездил, всё больше не про Россию говорит, а про какую-то Русь, да не простую, а Святую. Совсем мужик спятил: обрусеть решил, когда все на Запад облизываются.

А Мефодий всё пуще и пуще русеть стал. Кроме бороды, завёл себе для зимы тулуп, летом стал косоворотку носить с вязаным поясом. Более того, газ в дом отказался проводить, дрова для русской печки заготавливает. Даже не только её топит и готовил в ней еду, но и разговаривает с ней, а сказки её в амбарную книгу записывает. Всё толкует о том, что печь ему нужна для того, чтобы дескать дым отечества чувствовать. Короче, заболел мужик редкой болезнью, русофилией.

Некоторые дачники даже предлагали полицию вызвать, чтобы проверить его гражданство. Уж не засланный он какой-то «казачок» для шпионской деятельности?

Полиция и была, и проверяла, но ничего опасного не нашла. Народу объяснила, что просто мужик сильно захотел в рай попасть, в русский рай, вот и русеет. Старухи ему помогают в рай попасть, да русская печка советы для этого подаёт. Проверили полицейские и русскую печку на предмет встроенного в неё говорящего устройства. Его не нашли. Печка же с ними говорить отказалась. В протоколе проверки стражи порядка записали, что гражданин России такой-то просто чудак, но не опасный. Допросили и старух и те хором назвали его благодетелем. Одна из них в благодарность Мефодию даже мужнину гармонь подарила. Пришлось ему учиться играть на ней.

Вот эта гармонь и начала в руках чудака творить в деревне чудеса. Стали по вечерам у дома Мефодия старухи собираться. Летом, конечно, на закате солнца. Выходил к ним Мефодий с гармонью в косоворотке, жена его в сарафане, дети со свирельками. И начинался концерт, да такой, что все дачники сбегались к дому чудака. Стояли возле него заворожённые русскими народными песнями, потом на землю садились слушать, а потом и слёзы кулаками по лицу размазывать начинали.

С этой гармони и началось чудо объединения дачников деревни. И всё-таки у дома Мефодия. Постепенно стали подпевать и они старухам. Потом песенники отыскали, сами песни петь начали. А когда в аппетит вошли, то мужьям своим пошили косоворотки, а себе сарафаны.

Дошёл слух о концертах в деревне до районного начальства. Оно приезжало, проверяло, да не раз и не два. Однажды чиновники приехали как на подбор – в косоворотках, а чиновницы – в сарафанах. Да такой хор составился, что из ближнего леса все медведи, волки и кабаны в соседний район убежали. Охотники были этим очень недовольны.

На этом дело не закончилось, а только началось. Районное начальство озарило как ему патриотизм в народе воспитывать. Оно закупило партию гармоний и распределило их по поселениям. И пошли по деревням греметь народные хоры. Народ стал объединяться вокруг гармоний и русской песни. Дачники не только стали петь по деревням, но и прекратили ломать в купленных домах русские печки. Зауважали их, заценили. Более того, тали ждать, когда они заговорят с ними, когда начнут сказывать им свои сказки.

Вот что сделал один чудак, пожелавший вернуться «назад, в Русь». А ведь всё началось с русской печки, от которой по русской пословице и плясать надо. Гармонизация дошла до того, что к Мефодию пришло письмо от областного поэта такого содержания:

Народ тоскует по гармони,

И просит это Вас понять,

Он Вашей скромности не тронет,

Любое побудит сыграть.

Не зря Господь Вас Вседержитель,

В Тверской деревне поселил:

Хотел, чтоб гармонист-любитель

Её народ объединил.

Ведь он нуждается в единстве

В годины бедствий и невзгод,

Как в знамении Триединство

Гармонь единила наш народ.

Это стихотворение укрепило Мефодия ещё больше на пути русификации своей жизни.

Сказки русской печки

kremeneckaya — Sun, 20 Apr 2025 10:51:07 GMT

Выбор невесты

Выбор невесты в деревне и ближнем селе дело непростое, потому как выбирать не из кого. Почитай, одни старухи да пара-тройка стариков здесь живут. Разве что дачники летом приезжают? Среди них невесту поискать? Да, как узнать среди них путную? Священника в селе нет, родители Мефодия умерли, нет у него и друзей – совета спросить не у кого. Разве только у русской печки.

Так и сделал. И сказала ему русская печка:

– Ты, Мефодий, на красоту внешнюю у невесты не гляди, подмечай скромных и трудолюбивых. Пьющих, курящих, гулящих, сквернословящих в расчёт не бери, это женщины порушенные, тебе с ними не управиться, ты в этом деле неграмотный. А вот ежели встретить скромную, трудолюбивую, да с детишками, но безмужнюю, к той и по старайся приблизиться. Предложи ей помощь какую-нибудь на дому: забор починить, крышу дырявую подлатать или ещё что…

Да не торопись с симпатиями к ней, медленно спеши. Выясни, как она к Богу относится, боится ли Его, слушается ли, обращается ли к Нему за помощью. Когда всё это выяснишь, обратись к деревенским старухам, эти разведчицы тебе всё о ней поведуют. Если сердце твоё вместит в себя её жизнь и детишек её вместе с ней, смело предлагай ей идти по жизни вместе.

– Я нищеты боюсь, заработки у меня малые, разве что одному прожить…

– Нищета, бедность, как народ говорит, не порок. Сегодня ты нищий, бедный, а завтра больше потрудишься и заработаешь побольше, да поешь получше, да обновку справишь. Бог нищих да бедных больше любит, чем богатых, лучше их слышит, уж я-то это хорошо знаю. За сто лет своей жизни перевидала бедняков деревенских не одну тысячу. Кто из них не пил, не курил, не богохульничал, все сыты, одеты, обуты, выучены были и родине хорошо служили. Не только себя трудом на земле кормили, но и весь народ.

Послушался Мефодий совету русской печки и взял в жёны скромную, трудолюбивую женщину с детишками. Соединили они свои труды, свои сердца семейными узами, стали жить в согласии, уважении и любви друг ко другу, растить деток. Да не только их кормить, радовать, ремеслу учить, а и воспитывать их крылатыми людьми: работящими, ответственными, полезными своей стране и народу. В этом им сам Бог помогал, которого они почитали своим Отцом и которого неуклонно слушались.